поиск по сайту

Интересные факты о преферансе PDF Печать E-mail
Оценка пользователей: / 0
ПлохоОтлично 

pref1Родиной Преферанса стала Франция, откуда она и попала в Москву и Петербург во времена А.С. Пушкина. Игра получила головокружительную популярность. В. А. Жуковский писал: «Иноземные семена упали на благодатную почву, а главное — вовремя!» Что значит вовремя?
В 18 веке на территории России и знать и простой народ играли в кубики – кости, которые назывались «зернью». Кости были родом из Византии. Кости были не только азартной игрой, но и своеобразным «шаром судьбы». Когда надо было принять важное решение, бросали кости. Летописец Куликовской битвы коломенский воевода Серафим оставил нам такое свидетельство: «В полку правой руки воины еще до захода солнца, в канун сечи метнули зернь, решали, кому стоять в головных рядах».

 

Оказывается, что азартные игры «допекли» своей популярностью не только наше сегодняшнее правительство, но даже царя Алексея Михайловича, по прозвищу «тишайший». Он издал «Уложение»: «А которые воры — сказано в 15 статье XXI главы, — в зернь или карты на корысть играют, таких приводить в приказ, бить кнутом и испытывать на дыбе...».

Однако, уже в следующем веке Екатерина Великая отменила средневековые наказания и создала более цивилизованные. Создав устав «Благочиния», царица запретила азартные игры, «основанные на случае», установив немалые штрафы для содержателей игорных домов и самих игроков. Замеченных в мошенничестве заключали в острог, но только по воле судей. Прошу заметить, что уже тогда понимали разницу между рулеткой и интеллектуальной игрой. Вот, что значит женщина у власти! Именно при Екатерине карточная игра снова получила широкую популярность. Сама царица очень любила поиграть в карты, а в армии карты и вовсе почитались за доблесть. А русская душа любит размах... Тогда же главнокомандующий граф Румянцев докладывал своей государыне: «Обе столицы режутся шмен-де-фер и штосс, а в Шклове генерал Марич открыл нечто вроде картежной академии, куда постоянно съезжаются лучшие игроки со всего государства». Марич был фаворитом царицы, а Шклов — пожалованное ему Екатериной местечко с двенадцатью деревнями. Очевидно, для того, чтобы главнокомандующий больше на него не жаловался, генерал вскоре проиграл этот царский подарок графу Шереметьеву и вернулся к службе в своем Нижегородском полку. Рассерженная Екатерина отправила его (вместе с полком) за Дунай на войну с турками.

При Александре I игорные дома росли как грибы. Однако, среди карточных игр некоторые были запрещены, как наиболее азартные. К таким играм относилась игра «гусарский штос» («любишь, не любишь»). В эту игру проигрывались целые состояния. Уже через три месяца после вступления Александра на престол появляется его строжайшее распоряжение военному губернатору Санкт-Петербурга князю Кутузову, в котором говорится, что «игра идет в городе и казармах без зазора и страха. И это зло сие вреднее, нежели само грабительство». Царь повелел иметь неослабленное наблюдение, «дабы запрещенные игры нигде не были произведены».

Куда там! Игорные дома и притоны исправно платили полиции огромные штрафы, но сами процветали и множились. Проверить — азартная игра там идет или коммерческая, было делом нелегким даже для сыщиков. В двадцатых годах жандармерия составила картотеку на шулеров, а затем выслала их из обеих столиц. Все это привело к тому, что спецы карточной науки принялись разорять провинциальных помещиков и купцов. Целые бригады мошенников разъезжали по уездным городкам России: По свидетельству известного юриста прошлого века Е. Карновича, суды были завалены скандальными делами о проигрышах казенных денег. Что говорить, если главный распорядитель Управы Благочиния, то есть лицо, обязанное наблюдать за соблюдением запрета азартных игр, был привлечен к суду за проигрыш крупной суммы денег, предназначенной для домов воспитания...
Вот в такой обстановке расцвета азартных игр появился на Руси преферанс. И слова Жуковского о том, что это произошло вовремя, абсолютно верны. Завоевав симпатии общества и значительно потеснив любителей «гусарского штоса», преферанс резко снизил накал карточных страстей в клубах и гостиных. Жуковский писал: «Лет за двадцать преферанс настолько очаровал всех разумностью и богатством комбинаций, что только самые отпетые искатели приключений продолжали резаться в «любишь, не любишь». Куда ни заглянешь, всюду теперь предаются новой, поистине удачной забаве».
Такова предыстория королевской игры. О постоянно растущей популярности преферанса свидетельствуют и первые публикации по теории и практике. Одна из лучших — книга А. Кульчицкого «Некоторые великие и полезные истины об игре преферанс». Книга издана в Санкт-Петербурге в 1843 году, дважды переиздавалась, а после Октябрьской революции удостоилась магического штампа «Спецхранение» и была заточена в запаски библиотек без права свидания с читателями. Такая же судьба и у других книг, например, у «Трактата о преферансе» (СПб, 1844 г., автор не указан), у публицистического труда Г. Попова «Об играх забавы, корысти и расчета. Исторические изыскания» (СПб, 1858 г.). Разумеется, нынешнему преферансисту трудно найти в этих трудах что-то полезное для своего совершенствования. Бездна лет — почти полтора века! — отделяет нас от времени их написания. Неузнаваемо изменились правила, а тактика и стратегия сделали гигантский шаг от несколько наивного представления, в котором пребывали наши далекие предки.

И все же эти книжки имеют непреходящую ценность. Прежде всего — историческую. Многие интересные вещи мы узнаем из этих трудов. Оказывается, на заре XIX века в преферанс играли без записи. А как же шутка: «Игра писателей?» Но это — теперь шутят. А тогда после каждой разыгранной сдачи партнеры рассчитывались либо деньгами, либо специальными фишками. На столе красовался заранее составленный прейскурант. Сыграл шестерную — получи столько-то. Сел «без» на семи — заплати, что положено. И трудно сказать, хорошо это или плохо. Во всяком случае, игра была динамичной... Не правда ли, чем-то напоминает покер?
Существовало еще одно давно забытое правило — игры оценивались не только по заявленному числу взяток, но и по старшинству мастей. Из приведенных в книгах таблиц явствует, что шестерная в пиках оценивалась в 4 очка, в трефах — в 6 очков, в бубнах — в 8 очков, в червах — в 10, без козыря — в 12. Семерные игры — соответственно в 8,12,16,20 и 24 очка. Выходит, шестерные в червах или без козыря стоили даже дороже, чем семерная в пиках...

За неполные два века игра в преферанс претерпела эволюцию, гораздо большую, чем любая известная игра. Изменения коснулись не только правил, но и систем записи. Неизмеримо вырос и класс преферансистов. В 1913 году известный на всю страну Владимирский клуб организовал чемпионат по преферансу. В Санкт-Петербург прибыли сильнейшие игроки из Москвы, Киева, Нижнего Новгорода. Главным судьей чемпионата стал вице-председатель клуба светлейший князь К. Горчаков. Четыре десятка лучших игроков, разделенных жребием на десять компаний, начали борьбу за зеленым сукном. Победители определялись по числу набранных положительных вистов, причем каждый участник имел четыре попытки.

Восемь самых удачливых и умелых игроков разыграли финал. В результате недельного сражения выявилось полное преимущество петербуржцев. Пятеро из них заняли первые места, а директор Северного банка Петр Николаевич Штерин стал первым чемпионом России. И последним — тоже. Вскоре началась мировая война, затем грянула революция. В просторных залах Владимирского клуба расположился отряд «самых революционных» матросов под командованием знаменитого комиссара Дыбенко. Того самого, что арестовал армейскую Ставку в Могилеве, расстрелял генералов и развалил весь Западный фронт. Теперь же его матросы топили камины клуба старинной мебелью и резались в «дурака» на уцелевших столах.
Наступали новые времена, на сцену выходили новые игроки...

Несколько десятилетий преферанс считался «не нашим» занятием. И хотя официального запрета не было, многие любители пульки столкнулись с настороженным, иной раз — враждебным непониманием со стороны номенклатурных радетелей нравственности. Парадокс — интеллектуальная игра подразумевалась аморальной! Любой карьерист или алкаш считался «своим» человеком, но играющий в преферанс — это уже носитель «родимого пятна капитализма».

Многие надуманные запреты ушли в прошлое, что привело к новому росту популярности преферанса и к появлению первых публикаций о нем.

forum.pokerom

 

новости из сети


все материалы взяты из интернета

При копировании материалов гиперссылка на сайт обязательна